Написать письмо На главную страницу сайта Ссылка не активна (в разработке)    
  Зайти на форум   Наши сайты   Фотоальбом  

 

 
    Сейчас на сайте
Логин

Пароль

Не зарегистрировались? Вы можете сделать это, нажав здесь. Когда Вы зарегистрируетесь, Вы получите полный доступ ко всем разделам сайта.
ВЕХИ ИСТОРИИ



1874

Создан Весьегонский городской общественный банк с уставным капиталом в 15000 руб. Капитал отчислен из городских общественных сумм.

По статистическим данным В. И. Покровского в Весьегонском уезде имелось 2099 безлошадных крестьянских дворов, т. е. на сто дворов было 9,34 безлошадных.

За 1867-1878 гг. от чумы в крестьянских хозяйствах уезда пало 2502 головы крупного рогатого скота. 23 июля в Костроме на пристани был арестован весьегонец Владимир Иванович Попов, участник первого этапа народнического "хождения в народ" (1863-1874гг.).

Сын мелкого весьегонского торговца, получивший лишь домашнее образование, после смерти отца едет в Самару, где экстерном сдает экзамены в Педагогическом совете местной гимназии, и 25 октября 1871 г. получает звание учителя народных училищ.

Его братья, решившие продолжать отцовское дело, были рады отъезду Владимира к месту новой службы в Самарскую губернию. В доме сразу утихли разговоры о передаче своих сбережений на нужды просвещения.

Молодой учитель с первых дней повел в селе Новое Семейкино просветительскую работу, проводил метеорологические наблюдения, старался как можно больше привлечь детей бедняков к учебе, зачитывался Чернышевским, Писаревым, Добролюбовым, некрасовским "Современником". В школьные каникулы, летом и зимой, Владимир Попов разъезжал по губерниям Поволжья, встречался с друзьями по пропаганде, вместе с ними верил в грядущую крестьянскую революцию в стране.

Он неоднократно приезжал в Кострому с целью распространения революционной литературы среди учащихся местной семинарии. В один из приездов он посетил студента Вл. Невского, оказавшегося провокатором, по доносу которого и был арестован. Жандармы при обыске обнаружили прокламации, журнал "Вперед" со статьями П. Лаврова, Д. Писарева и паспорт, выданный Весьегонской городской думой 11 ноября 1872г.

Полгода сидел В. Попов в одиночной камере губернской тюрьмы, мужественно вел себя на допросах, не называл товарищей по борьбе.

1 февраля 1875 г. его заключили в Петропавловскую крепость. Власти не спешили с выносом приговора. Они долго и тщательно готовились к суду над народниками, получившему название "Процесс 193-х". Предстала перед этим судом и революционерка Софья Перовская. Сотни молодых людей годами томились в тюрьмах и Петропавловской крепости. Некоторые из них не дождались суда. Среди них был и весьегонец В. И. Попов.

30 января 1876 г. его перевели из крепости в Дом предварительного заключения, где по сообщению тюремного начальства Сенату, Попов умер 9 марта "от истощения организма".

Софья Перовская после недолгого заключения в Петропавловской крепости была в 1874 г. выпущена на поруки своего отца и уехала в Тверскую губернию к знакомому врачу, где чисто практически занялась изучением фельдшерского дела.

"О. В. Аптекман в 1926 г. сообщил историку тверского края П. Н. Корелину (автору статьи "Новое о С. Л. Перовской"), что Софья Перовская была близко знакома с врачом С. М. Шором, служившим в то время в Весьегонском уезде. К сожалению, о вторичном посещении Тверской губернии Перовской не сохранилось никаких архивных и мемуарных данных, как, например, о деятельности Аптекмана и других лиц. Отчасти это может быть объяснено тем, что в 1874 г. Перовская не была еще сколько-нибудь выдающейся личностью в революционных кругах. Репутация выдающейся революционерки пришла, как известно, значительно позже".113

Во второй свой приезд в Тверскую губернию Софья Перовская служила няней в земской больнице, позже уехала в Симферополь, где закончила фельдшерские курсы.

Рассказывали, что Софья Перовская заботливо ухаживала за больными. К обязанностям простой сиделки относилась с такой же добросовестностью и аккуратностью, как и ко всей своей революционной деятельности.

П. Н. Корелин писал: "В 1870-х годах в Весьегонском уезде... намечалось устройство народнического поселения для пропаганды социалистических идей среди крестьянства.* С этой целью при Весьегонской земской управе, при содействии либеральных земских деятелей, составилась довольно значительная группа лиц, занимавших преимущественно медицинские должности по земству".

Так, здесь обосновались в качестве врачей, фельдшеров, оспопрививателей - студенты медико-хирургической академии - С. М. Шор, В. А. Блинов, А. Л. Караваев, А. Хотинский и многие другие, занимавшиеся, помимо врачебной практики, и революционной пропагандой".115

С 1874 по 1879 гг. в Весьегонске председателем земской управы и предводителем уездного дворянства был "гвардии прапорщик Петр Алексеевич Дементьев", личность далеко незаурядная. Во-первых, при нем в 1874 г. была окончательно отвергнута непрактичная разъездная система земских врачей и фельдшеров, которые целыми неделями пропадали в разных местах уезда...

Еще в 1870 г. доктор Кони предлагал учредить приемные покои в санитарных участках со своим врачом и фельдшером. Прогрессивная мысль, брошенная доктором Кони, не умерла.

П. А. Дементьев в своем докладе предложил земскому собранию разделить уезд на 3 самостоятельных санитарных участка. В каждом из них должен быть попечитель из местных жителей, чтобы поддерживать развитие народного здравия. Участок должен иметь своего доктора, фельдшера и одну фельдшерицу-акушерку, которые бы находились при больницах. Кроме того, предлагалось иметь самостоятельного фельдшера для Замоложского края в Смердынях.

Для развития медицинского дела в уезде П. А. Дементьев (24-летний земский деятель) предложил учредить Санитарную комиссию, в которую должны были входить попечители больниц, врачи, члены земской управы.

В этом же году земство постановило приступить к строительству Сушигорицкой больницы (деньги были собраны по подписке), а лечение душевно-больных решено принять на счет земства (В этой Сушигорицкой больнице работал врач С. М, Шор, знакомый Софьи Перовской).

Для удешевления и улучшения качества медикаментов земское собрание решило открыть при Весьегонской участковой больнице аптекарский склад.

Таким образом, 1874 г. явился для медицинского дела в уезде поворотным... Были окончательно приняты и заложены те принципы, которые затем развивались и совершенствовались все последующие годы и десятилетия. Надо признать, что эта система и сегодня продолжает исправно служить жителям края, получив свое дальнейшее развитие, особенно в 1960-1970 гг. В 1874 г. на медицину в Весьегонском уезде израсходовано 10000 руб., а в 1879 г. - уже 18000 руб.

Своеобразным демократизмом при П. А. Дементьеве было совместное обсуждение на земских собраниях лечебного дела гласными и земскими врачами. Это способствовало не только лучшему взаимопониманию с врачами, но и устранялась их частая текучесть.

К началу земской деятельности П. А. Дементьева в уезде насчитывалось 33 земские начальные школы. В 1874 г. в самом Весьегонске открылось Троицкое начальное земское училище. В своем докладе по народному просвещению П. А. Дементьев сокрушенно говорил о том, что "качество некоторых школ настолько плохо, что... несравненно лучше бы их вообще не существовало". Наставники детей являлись в школу раз или два в неделю, да и то в бесчувственно пьяном состоянии. Все это приносило только вред делу, и во всяком случае, нельзя думать, чтобы крестьяне охотно посылали своих детей в такую школу.

"Несравненно производительнее, - отмечал Дементьев, - содержать одну школу и платить дельному наставнику 300- 400 и более рублей в год, чем содержать десяток никуда не годных людей и платить им по 60 да 100 рублей". Далее докладчик резюмировал: "...Беда была в том, что оно (народное просвещение. - Авт.) было так мало, так незначительно с тем, что было действительно необходимо. Это была капля в море, расплывавшаяся в океане невежества и не производившая на него никакого впечатления"."2

Да и дела самой земской управы с канцелярией были далеко не блестящими. В уезде процветало взяточничество на всех уровнях, особенно в волостных правлениях и судах. Хищения крестьянских общественных денежных сумм сборщиками налогов и волостным начальством были повсеместны. Неграмотные крестьяне отмечали уплату налогов на деревянных бирках, которые и у сборщиков, и у плательщиков горели в частых деревенских пожарах.

"Вся эта бухгалтерия, - отмечал Дементьев, - исчезала совершенно бесследно или находилась в таком состоянии, что не было никакой возможности до чего-либо добраться... На каждое раскрытое дело (о хищении крестьянских денег) открывались два или три новых".112


Предыдущая страницаОглавлениеСледующая страница
Copyright © Ларин Николай

Открытие страницы: 0.05 секунды
 

TBN.ru - сети, живущие по правилам